4-го марта будет музейная экскурсия в Комарово (на кладбище), автобус в 11 часов от Литейного, 53, надо предварительно записаться.
5-го будет открытие нового памятника (на мой взгляд, удачный) и презентация новой книги Поздняковой, название точно не помню, но что-то о марте 1966 года.
Заодно напишу впечатление от вечера П. Нерлера.
Павел Маркович Нерлер является председателем Мандельштамовского общества. Я предупреждала, что личность он темная, так оно и оказалось. Говорил что-то мутное. Новый проект - взять из Второй книги Н.Я. Мандельштам половину ее воспоминаний и смазать это дело приложением: письма Н.И. Харджиева к Н.Я., письма Н.Я. и АА, которые до этого были опубликованы в Литературном обозрении Н.И. Крайневой и может быть письма Н.Я. и Е. Лившиц. Книга эта случится в декабре 2006. Посмотрим, что из этого получится. В общем, вечер мне не понравился, я все порывалась уйти, да было неудобно. Не перестаю удивляться, отчего это в музей перестают приходить интересные и приличные люди. Кроме Тименчика и Черных сложно кого-то припомнить.

Этот фильм произвел на меня какое-то странное впечатление. Посмотрев фильм, я сразу начала смотреть его второй раз и даже сейчас мне хочется пересмотреть некоторые куски. Героиня фильма - Смилла - ведет частное расследование гибели мальчика-соседа Исайи. Мальчик - эскимос. Смилла - наполовину тоже. Она выросла в Гренландии среди снега, льда и бескрайних просторов. После смерти матери, отец привез ее в Копенгаген, она долго привыкала жить в квартире, среди стен и стекла. Она конфликтна и необщительна, несколько раз ее исключали из школ и колледжа, но она является чуть ли не единственным специалистом в области снега и льда. Она чувствует снег. В детстве ее брали с собой на охоту, где бы она ни находилась, она знала путь к дому.
О том, что мальчик погиб, Смилла узнала по отпечатку его шагов на снегу крыши, откуда он упал. Мальчик бежал по крыше, спасаясь от преследования, а вовсе не играл, как заявила полиция. Смилла дружила с Исайей, читала ему книжки, ходила с ним в парк, рассказывала о родине. Мать Исайи любила выпить, поэтому частенько Исайя оказывался у Смиллы. Отец мальчика погиб при загадочных обстоятельствах - в экспедиции на ледник, которую проводила Горно-рудная Гренландская Компания. Смилла не только смогла раскрыть это сложное и довольно запутанное убийство, но и научилась доверять людям, она стала чуть ближе к своему отцу - ученому, который помогает Смилле распутать клубок, она нашла еще одного друга - своего соседа, якобы механика, а на самом деле сотрудника спецслужб, которые тоже заинтересовались деятельностью Горно-рудной Гренландской Компании. Именно он смог растопить лед в сердце Смиллы.
Перед глазами до сих пор стоит лицо мальчика Исайи, которого жалко до слез.
Напоследок хочу отметить, что Джулия Ормонд в роли Смиллы понравилась мне куда больше, чем в Легендах осени, где она играла эдакую слезливую барыньку, которая металась от одного брата к другому.

Эту книгу мне подарила внучка. Правда, на этот раз я поступила очень плохо - сначала посмотрела фильм Романа Полански. И не пожалела нисколько. Перед нами предстает еврейская Варшава 1939-1944 годов. Режиссеру удалось очень хорошо показать все метаморфозы, которые происходили с городом и людьми. Цветущая Варшава умирает на наших глазах. Фашисты ворвались в город и стали наводить свои "порядки" - сначала появились запреты ходить по тротуару, покупать в магазинах и на рынках, потом обязали носить белые повязки с синей звездой Давида. Для многих это было унизительно и жители старались не выходить из дома, чтобы не нарваться на неприятности. Главный герой - Владислав Шпильман, к тому времени уже известный музыкант, играющий на Польском Радио. Жизнь его круто меняется, когда одна из бомб попадает в здание Радио. Каждый день может принести смерть. Чуть позже всю его семью увезли в Треблинку, в тот день вывезли большую часть гетто, сам Владек спасся чудом. И это чудо повторяется изо дня в день. Он пытается работать, но это плохо у него получается. Главное для него - не повредить пальцы, иначе он не сможет играть. Потом он сбегает в польскую часть города, где его укрывают друзья. Он видит гибель не только гетто, но и всего города, когда немцы отступают, они не оставляют камня на камне, город лежит в руинах, повсюду горят дома, по улицам невозможно ходить. В конце концов Шпильмана спасает немецкий офицер, который понимает, что все, что они вытворяют, не пройдет бесследно. Дневник Вильма Хозенфельда, данный в качестве приложения к книге, поражает переживаниями человека, который стыдится за свой народ, за те бесчинства, которые учинили немцы по всей Европе над евреями и не только. Конечно, книга полнее и подробнее, но фильм дает визуальное представление. Пожалуй, страшнее видеть то, как немцы выбрасывают еврейского старика-инвалида за то, что он не встал перед ними, чем читать об этом. Книжку Вы можете почитать на сайте www.shoah.narod.ru, а фильм легко купить. Ну в крайнем случае, моя внучка может записать его вам.

По примеру моего давнего приятеля o_makakova хочу вспомнить о книге «В лаборатории редактора». Написала ее моя любимая Л.К. Чуковская. Мне посчастливилось прочесть эту книгу в далеком 63 году и с тех пор я бережно ее храню и довольно часто перечитываю. Наверное таких хороших книг о редактировании уже не напишут, время нынче не то, люди другие и т.д. Конечно, если бы эта книга была написалана сейчас, примеры плохой прозы были бы другими, но если вдуматься, задачи редактора остались прежними, да и ошибки авторов - тоже. Это не учебник редактирования в том смысле, как мы привыкли это понимать, это своего рода мемуары о жизни в профессии, по которым можно учиться, это замечательное обобщение богатого опыта и высокого профессионализма. Остается добавить, что «Лаборатория», первая большая книга Лидии Чуковской о литературе и написана она уже вполне зрелым писателем. В общем, очень рекомендую ее почитать.

Недавно прогуливаясь по Петроградке увидела памятник женщинам, защищавшим Ленинград в 1941-1944. Очень оригинальный памятник, повествующий о страшных годах войны, когда все вставали на защиту родного и любимого города.
Памятник был открыт 7 мая 2002 г. Скульптор Лев Сморгон, архитектор И. Матвеев.

В тот день мы решили пойти в "Кресты" - следственный изолятор и одну из самых известных тюрем Санкт-Петербурга, где в годы сталинских репрессий сидели выдающиеся личности. Тюрьму построили в конце 19 века, это два здания в форме равноконечных крестов, которые соединены между собой административным корпусом и храмом князя Александра Невского.



День пасмурный, небо затянуто свинцовыми, тяжелыми тучами, ветер с Невы, холодно, промозгло, мрачно.
На тюрьму, как и на Исаакий мне легче смотреть издалека. Вблизи она давит. Давит красным кирпичом, мрачностью, монументальностью, нерушимостью, силой и мощью.
( Read more... )

Бродили с внучкой по Фонтанке и раздумывали - куда пойти, куда податься - прокатиться по рекам и каналам или в Летний сад? Пока думали, ноги сами привели к саду, сразу всколыхнулись воспоминания юности и молодости, когда в Питер я приезжала погостить и погулять.
Было уже довольно поздно, людей практически не было, ветер с Невы приносил прохладу, солнце уже заходило, игра света и тени была великолепна и необходима именно в тот момент:



Статуи, как всегда, хороши и прекрасны:
( Read more... )

Хмурое воскресное утро, тучки бегают по небу, Нева гонит ветер, неуютно. На Финляндском сели мы в электричку до Каннельярви и поехали. Примерно час в дороге. И вот станция:



Почти сразу пошли вглубь поселка, чуть-чуть побродили по нему и вышли на дорогу, ведущую к Щучьему озеру:
( Read more... )

Недавно с внучкой бродили по Павловскому парку, хочу поделиться впечатлениями и фотографиями.
Вот так тепло нас встретил парк:



Трава зеленая, а деревья еще нет, замечательные красавцы с мощными стволами, красивыми руками, протягивают их вверх, к солнцу:
( Read more... )

Второй раз попадаю в музей Некрасова совершенно случайно и получаю немыслимое удовольствие. Там настолько уютно, красиво и приятно, что не хочется уходить. Смотрители очень милые, с удовольствием отвечают на все вопросы, что тоже большой плюс, потому что не в каждом музее встретишь такую любезность.
На входе нас встречал медведь.



( Read more... )

Сегодня полдня искала информацию о выставке в Нижнем Тагиле, билась в Яндексе как рыба, решила сделать перерыв и покурить. Пока курила пришла в голову светлая мысль - поискать в Гугле, нашла сразу же. Теперь я буду сомневаться в том, что курить вредно.

Наверное, каждый из нас знает, что такое Левашовская пустошь. Одного раза вполне достаточно. Мне никогда и нигде не было так жутко, как там. Поехав туда первый раз, я не до конца осознавала, что это. Когда вы стоите на костях, и сотни, тысячи, десятки тысяч теней погибших людей обступают со всех сторон. Могучие ели не пропускают туда свет, царит сырость, промозглость и тлен, шелест, шорох, шепот. Стонов нет, молчанье, жуть, страх, боль, бессилие и бесконечный вопрос: «Зачем?». Я пытаюсь представить себе, как это происходило и не могу, срываюсь.
( Read more... )

Не дают мне покоя мертвые сайты. На этот раз Зощенко. В голове моей не укладывается, как можно доводить сайт до такого состояния? Лучше убить своими руками, чем допустить это медленное, но верное, тягучее умирание. Идея наверное была неплоха: немного биографии, произведения, фото, библиография, критика. Когда сайт обновили последний раз – не известно. Видимо, проект был сделан на одном дыхании, а потом дыхание перехватило чем-то другим или вообще ничем. Меня это просто угнетает. Попытки достучаться до автора и выяснить – что же случилось – не увенчались успехом. Гостевая сайта превратилась в помойку – спам, спам, спам. Скоро наверное придется создавать кладбище умерших сайтов и этот займет свое место в списке.